Вещество существования. Виктория и Павел Никоновы. Живопись.

Основная программа
18 июня 2021пятница

4 – 27 июня

Павел Никонов. «Баба с петухом». 2016 г.

Вход на выставку «Вещество существования. Виктория и Павел Никоновы. Живопись» – свободный. 

Открытие выставки: 4 июня 

Режим работы выставки

В период фестиваля – ежедневно с 10:00 до 19:00

С 21 июня – по обычному графику работы выставочного зала

Павел Никонов (род. 1930) – один из тех легендарных художников, с которых начиналась послесталинская, «оттепельная» живопись. Уже дипломная картина «Октябрь» (1956) привлекла к себе внимание, а одну из его первых работ приобрел Александр Дейнека. В 1960 году Никонов выставляет картину «Наши будни» и становится одним из лидеров нового направления живописи, которое впоследствии получило название «суровый стиль». Это была реакция молодых художников на сдвиги в развитии страны и попытка противопоставить себя бесконфликтному официозу соцреализма. И хотя совсем скоро творчество Павла Никонова перестало укладываться в рамки этого направления, его имя еще долго ассоциировалось именно с «суровым стилем».

В 1960-х художник проходит разные этапы, в том числе период растерянности и поиска близких по духу ориентиров. Общность творческих интересов связывает его с участниками «Выставки девяти» (1961): старшим братом М. Никоновым, а также Н. Андроновым, Б. Биргером, В. Вайсбергом и другими. В это время проходит ряд выставок, которые открывают молодым художникам таких мастеров, как Павел Кузнецов, Александр Древин, Аристарх Лентулов, Роберт Фальк, Александр Осмеркин, которые значительно повлияли на «девятку». В 1962 году выставка к 30-летию МОСХа, в которой участвовала картина Никонова «Геологи», была раскритикована Хрущевым. После этого художник попадает в «черные списки» на многие годы.

В середине 1970-х Павел Никонов находит новую тему – «крестьянскую», которую продолжает разрабатывать и по сей день. Он часто живет и работает в деревне Алексино Калязинского района, при том, что сам – коренной москвич и не имеет ностальгических воспоминаний о деревне. Он «сознает себя свидетелем трагического завершения исторического пути русского крестьянства», – так объясняет этот интерес искусствовед Елена Мурина. «То, что исчезает и деревенская культура, и сама деревня, было очевидно в 1970-е годы. После того как Хрущев вернул колхозникам паспорта, началось повальное бегство из сельской местности. Жизнь там была совершенно невыносимой… Конечно, для меня был важен еще и пластический, цветовой конфликт. Только подоплека у этого конфликта все равно социальная», – говорит сам художник.

Его интересуют не современные сюжеты, а архетипические и общечеловеческие, и в этом его работы приближаются к иконам или фрескам. В них отражается космизм крестьянского мира, в них нераздельны бытовое и сакральное. «Здесь человек оказывается между небом и землей, в этом космическом пространстве существует и в нем же исчезает. Именно в деревне обнажается подлинная жизнь, которая в городе скрыта, замаскирована», – говорит Павел Никонов.

Елена Мурина сравнивает отношение художника к холсту с отношением пахаря к земле: он вступает в борьбу с ним, вспахивает и удобряет, и чем больше труда он вкладывает, тем более плодородной оказывается почва. Работы Павла Никонова, с виду написанные быстро и вдохновенно, на самом деле создаются очень долго и подвергаются многократным изменениям. Как правило, написанная картина так же импульсивно смывается, пишется снова и затем смывается опять. Этап смывания и сдирания живописи не менее важен, чем этап нанесения красок. Эти мучения над холстом ставят вровень труд художника и труд крестьянина, «о котором» пишет художник. И пусть тогда эта живопись может отпугнуть любителей «красоты», «эстетического» и «приятного» для глаза. «Колорит его картин, построенный на сочетаниях земляных красок, охр, кобальта и любимой жженой кости, своей чернотой навсегда въевшейся в его руки, обладает тем, что и есть красота, – обязательностью и неопровержимостью своей образной содержательности. Связь никоновской живописи и жизненного материала, раскрывающих друг друга, обладает высшей мерой органичности», – считает искусствовед.  

Уже в новой России Павел Никонов получил титулы народного художника и академика Российской академии художеств, стал лауреатом Государственной премии РФ. Более 60 лет он остается активным участником современного художественного процесса. В экспозицию выставки вошли его работы, созданные в период с 2003 по 2020 год.

Виктория Никонова (1968 – 2008), дочь Павла Никонова, проявляла незаурядные способности с самого детства. Некоторые картины отца (в том числе знаменитый «Пожар») были написаны под впечатлением от ее детских работ. Как и отец, Виктория была подлинным служителем живописи, для них обоих не существовало понятия моды. Как и он, она находилась в особых отношениях с холстом, многократно счищая и переписывая слой за слоем. Но, испытав на себе влияние творчества отца, она сумела преодолеть его и найти свой путь в живописи. «Рядом с таким, полным гражданского пафоса и взрывчатости, искусством отца, не могло появиться что-то нейтральное, – писал художник Юрий Злотников. – В контраст искусству «бури и натиска» выдвигается искусство исповеди и самоанализа. И в этой страстной погруженности в себя еще резче прочитывается разность поколенческих воззрений».

Виктория Никонова никогда не примыкала к каким-либо объединениям, всегда стояла особняком. Единственный период, когда она работает в круге единомышленников, приходится на начало 1990-х годов. В то время Павел Попов, Андрей Дубов, Мария Кулагина, Владимир Манохин, Иван Полиенко и она делили одну мастерскую на Арбате. Объединял их всех мастер старшего поколения, монументалист Андрей Васнецов, оказавший влияние на молодых художников. Картины Виктории Никоновой тех лет, известные сегодня только по фотографиям (она их уничтожила, как, впрочем, уничтожала, переделывала или скрывала от посторонних глаз и многие другие свои работы), были написаны под впечатлением от живописи Васнецова. Вскоре Виктория рассталась с единомышленниками и «васнецовской» манерой, уехала работать в Гурзуф, а по возвращении в Москву началась совсем другая живопись.

Ее картины безлюдные (за исключением автопортретов), бесплотные и призрачные. Но при этом их нельзя назвать безмятежными: им присущи и внутренний конфликт, и напряжение – жесткие линии прорезают или очерчивают пространство. Обращаясь к простым привычным предметам (окна, крыши, предметы интерьера), будучи тонким колористом и чутким наблюдателем, художница раскрывала в них всю глубину эмоционального переживания. Ее работы близки к абстракции, но за каждым изобразительным мотивом проглядывается фигуративный источник. Занимая большую часть картины изображением переднего плана, она будто уводит зрителя во внутреннее пространство холста (серия «Окна»). И если в просветах ранних «Окон» виднеется теплый светлый город, то в начале 2000-х манера меняется и живопись становится сумрачной, в ней доминируют коричневый и серо-коричневые тона, а в 2008-м, в последний год жизни художницы, цветовая гамма вновь становится светлой, но куда менее теплой, чем раньше. В последних работах уже нет мотивов, напоминающих о реальных предметах, они более контрастны, но в них по-прежнему царят гармония и равновесие.

Виктория Никонова участвовала во многих групповых выставках, также прошли три ее персональные выставки. В прошлом году Третьяковская галерея организовала выставку, на которой были представлены работы Павла Никонова, его брата Михаила и Виктории.

Виктория Никонова. «Белый город»

Вся программа